ru
0

Корзина пуста.

ru
0

Корзина пуста.

Мой ребенок будет скрипачом

Леонид Грауман


Итак, п р и с т у п и л и  к  с о б с т в е н н о  з а н я т и я м.
Схема занятий может быть разная, в зависимости от степени готовности произведений и близости выступления. Маленьким (а также средненьким и даже большим) я рекомендовал бы начинать каждое занятие с пустых струн. Красота скрипичного звука напрямую зависит от плавности и равномерности проведения смычка по струне. Чем равномернее идет смычок, тем полнее резонирует корпус скрипки и столб воздуха в ней. Эту плавность надо нарабатывать, ведя смычок как можно медленнее и стараясь при этом сохранить звук, не сорвавшись в хрип. При этом стоит помнить, что, несмотря на то что смычок мы ощущаем пальцами, ведем мы его, тем не менее, спиной (лопаткой), сосредотачивая внимание на самой крупной из задействованных мышц. Чем больше масса, тем равномернее она движется.
З а н я т и я  н а  н а ч а л ь н о м  э т а п е  и з у ч е н и я  п р о и з в е д е н и я,  р а з б о р.
Главная цель этих занятий — комфортное усвоение материала…. Ни в коем случае не стоит превышать комфортный темп изучения. Страх потери контроля над исполнением, когда темп требует более быстрой игры, чем голова с руками могут обеспечить, запоминается вместе с нотами и вылезет в стрессе обыгрывания. Ошибки самого первого раза имеют неприятное свойство залипать. Достаточно один раз ошибиться при разборе, и это место потом уже придется переучивать, а ошибка может впоследствии выплывать в самое неподходящее время. Поэтому для начального периода — комфорт и сосредоточение!
Развитие виртуозности как таковой (то есть, если произведение, взятое на каком-то этапе обучения, требует более быстрого темпа, чем тот, на который ученик в принципе способен на данный момент), происходит особыми средствами.
З а н я т и я  в  с е р е д и н е  и з у ч е н и я.
Повторение — мать учения. Ага, восклицает какая-нибудь мама, в прошлом прилежная ученица и отличница, я же знала! Надо просто сто раз повторить!
И да, и нет. Без повторения, конечно, ничего выучить не удастся. Но механическое, свободное от мыслей и эмоций повторение — экстенсивный и неверный путь. Всем, и ученикам, и педагогам знакомо явление, когда выученный в спокойной домашней обстановке пассаж или эпизод разлетается в куски, когда мы выходим на сцену или даже просто проигрываем произведение с концертмейстером. Когда мы повторяем при изучении фрагмент мелодии или виртуозный пассаж, мы, как нам говорят ученые, образуем особые психо-физиологические связи в мозгу. Наша задача состоит в том, чтобы эти связи были прочными, а не рушились моментально под влиянием стресса или эмоций.
Начиная занятие, ученик намечает себе отрывок, который сначала проигрывает в спокойном для него темпе. Это не медленный темп, а такой, в котором ему понадобится концентрация и усилие воли (но не физическое), чтобы все верно сыграть. Если кажется, что все получается, достаточно увеличить темп. Затем он начинает учить кусочки, которые не получились, и принцип тут — учить НЕ ТАК, как написано.
Написанное «легато» (много нот на один смычок) учится отдельными смычками, «деташе». Написанное отдельно — легато. Ритмически ровный эпизод шестнадцатыми — с пунктиром, «прихрамывая» на одну ноту…. В таком способе суть в том, что во время задержки (длинная нота из пары) ученик представляет себе следующие обе ноты единовременно, короткая воспринимается форшлагом к следующей длинной….
Т р у д н ы е  м е с т а. Нет такого трудного места, которое нельзя было бы выучить правильными, свободными руками. Начиная медленно и удобно, нарочито ПЛАВНЫМИ движениями, без дерганий и скачков, не торопясь в прибавлении темпа и правильно организуя материал в группы нот, постепенно достраивая пассаж группа за группой, а иногда добавляя и по одной ноте, можно выучить любое, самое пальцеломное место.
Не стоит «проверять» выученное. То есть: сыграв шесть раз, устроить себе на седьмой раз экзамен: попаду ли я? Ответ — а может быть, и не попадешь. И что, всё сначала? Вот чтобы избежать такой ситуации, не надо себя проверять. Надо приказывать пальцам, ничего у них не спрашивая. Момент сомнения должен быть исключен абсолютно. Канатоходец на канате никогда не спрашивает себя, может ли он упасть. Более того, когда такой вопрос появляется у него в голове, ему стоит срочно бежать в отдел кадров цирка с заявлением об увольнении по собственному желанию, если он хочет сохранить себе здоровье и жизнь. Скрипач в какой-то очень небольшой степени (вот и славно, что в небольшой!) похож на канатоходца.
З а н я т и я  н а  ф и н а л ь н о м  э т а п е.

This site is registered on wpml.org as a development site.